• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: муравьиные тропы (список заголовков)
06:02 

やまと

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
Моя любовь ничего не значит.
Ножом по горлу - последней лаской.
А ты - всего лишь хороший мальчик
Под демонической яркой маской.

Сломать тебя - не хватило злости,
Играть святых - непомерны цены.
На ночь с тобой не сыграешь в кости,
Не то придётся уйти со сцены.

В цепях держать надоело душу,
Морить аскезой живое тело.
Смеются ками - да ты послушай!
Хотя... тебе-то какое дело.

Мой выбор был для тебя пощадой,
Сейчас бы я поступил иначе.
Прощай, сенсей - я исчадье ада,
А ты - всего лишь хороший мальчик.

@темы: личные посвящения, Муравьиные тропы, dark

04:04 

* * *

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
Над озерным зеркалом - старый храм,
Красных линий яркая вертикаль.
Я однажды стану мудрее лам.
Я однажды буду острей, чем сталь.

Отражением в озере - журавли,
Клином к югу - осень! Там, в вышине,
Невесомым слогом слова белы:
Те, что не прочесть ни тебе, ни мне.

Слишком прямо, скажешь? А я скажу -
Сколько можно около, исподволь.
Я не первый год по земле хожу.
Ты хотел услышать меня? Изволь.

Журавлиный клин свяжет, словно нить
Прошлое с грядущим, увидишь сам.
Ничего не бойся, пока стоит
Над озерным зеркалом старый храм.

@темы: Муравьиные тропы

09:25 

* * *

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
Пробуди мой огонь. Пробуди и напой мою песню
Усталую, пыльную, вмерзшую в самое сердце земли.
Пробуди мою музыку, пусть мы давно и не вместе,
Пробуди меня к жизни, как мог ты один, пробуди.

И если тысячелетий свободы тебе недостаточно стало
То знай, что сансара вращается дальше, и бег бесконечных времен
Сведет наши души, и наши дороги начнутся сначала.
Я буду тобой для тебя рождена и ты будешь мной для меня возрожден.

Молитвы усталы, и веки стремятся друг к другу
И серой дождя пеленой разделяет нас день,
Но бьет в барабаны весна и мы движемся снова по кругу.
И в городе свет фонарей, и в объятьях моих твоя тень.

24.01.17

@темы: личные посвящения, Муравьиные тропы

09:23 

* * *

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
Это ложь, мой хороший. Ты знаешь, что это ложь.
Сказки вечно кончаются, что их тянуть за хвост.
Над погасшим огнем бесполезно рыдать, не ной.
Догорает костер – кто-нибудь разожжет иной.
Умирал столько раз – отчего же боюсь теперь?
Сделав шаг за порог, все не смею захлопнуть дверь.
Сколько умерло вас, я со счета собьюсь – считать.
Я такой же – не лучше, не хуже.
Смешно сказать,
Но молитва у всех вас по сути была одна,
Словно ель на холме, словно в зимней ночи Луна.
Что ни мир, что ни век, в предрассветный холодный час:
- Ты приснился бы мне перед смертью,
В последний раз?

@темы: dark, Муравьиные тропы

07:30 

* * *

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
Ты спорить со мной не спеши, ты всего не знаешь.
Сказал бы, что вера - ничто, бесполезный шлак.
Вот этот, другой, как ты его там называешь,
Он нам показал тогда, что ты можешь - так,

Огнём и проклятием, яростно, и наотмашь.
А я - промолчу, отойду, отведу глаза.
Ты взбесишься и оступишься, я же - ложью
По краю Его судьбы. Что теперь сказать?

Ты жгла, убивала, скупала чужие души,
Горели священные храмы, сгущался мрак.
А я... я кивал, улыбаясь, смеялся, слушал
И думал ночами о том, кто был всем нам - враг.

Молчал, улыбаясь, о детях зимы и стужи,
О том, что ночами целую другого... Бес,
Сенсеями звал я обоих. И мне не нужно
Ни веры твоей, ни прощенья твоих небес.

Запятнанный лист, я не вижу иного шанса -
На свет не лечу, но к тьме не хочу идти.
Не шире чем бритва на вене тот путь баланса.
Прощаться не буду.
Мы встретимся - на Пути.

@темы: Муравьиные тропы

14:01 

* * *

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
Красно-черная рукоять
Плети шелковой - на ладони,
Словно в бешенстве кони
Пролетели сквозь травы, в туман погоней,
Чтоб скалистое небо смять,
Чтоб последнюю боль унять.
Красно-черная рукоять.
На ладони не удержать
Гриву шелковую, льняную,
Обернешься – порвется сбруя,
Только ветру над полем ржать.
Красно-черная рукоять,
Сердце гордое не унять,
Так ударь еще раз меня,
Раз не хочешь обнять.

@темы: Муравьиные тропы

14:00 

* * *

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
Ниточки рвутся. Бегут по воде пруда
Капли дождя, будто прыгают водомерки.
Время летит как стрела. Я пытаюсь верить
В ужас короткого, страшного «навсегда».

Страшно не будет. Что будет? Обычный день.
Утро, рассвет, легкий сон, мелкий дождь и ветер,
Запах паленой травы. В этот день бесследно
Ниточка света рассыплется в темноте.

Больно не будет. Вернее – не стать больней
Этого запаха, горечи едкой боли,
Этого взгляда – янтарного поневоле,
Этого сердца – сплетенного из огней.

Что в этих травах? Жизни короткой год,
Мантры и вера, ожоги, надежды, раны,
Белая комната, пахнущая нирваной,
Бусины черные с белыми впереплет.

Тонкие нитки – рассыплются, не собрать.
Руки изрежет осока пруда немого.
Господи, дай мне побыть с ним еще немного
И не забыть,
Что он только
Мой старший брат.

@темы: Муравьиные тропы

01:28 

* * *

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
Ночь опустилась на нашу крышу, поступью тихой крадется в дом.
Нам повезло – удалось услышать, значит, с порога пойдет погром.
Мирное время сменилось криком, лязгом зубов у открытых шей, свистом ножа и багряным бликом пламенной строчки «Найди. Убей».
Пахнет в гостиной паленой шерстью, когти тигриные рвут ковер; по коридорам звенящей жестью тонкие иглы пронзят в упор; золото прядей оставит раны, что не излечат ни ци, ни бог;
Может быть, ты и достиг нирваны – что ж, запасайся ей дальше впрок.
Куклы солома в кровавых пятнах, белого шелка лохмотьев снег. Кто с кем сражается – непонятно, не разлепить бесполезных век.
Слышатся крики из комнат выше, гулко пульсирует голова – что за насмешка мольбу услышать, чтоб шевельнуться в ответ едва?
Ками, походу, не слезет с неба, лучше я сам дам ему отчет – темная ярость ударит слепо, солоно станет и горячо. Пальцы утонут в тигрином мехе, сладкая сила прольется в грудь, ночь зазвенит от чужого смеха – разве я сам выбирал свой путь?
Кукла в лиловом – в кровавой пене, золото прядей изрежет кисть, словно опять золотое сено режется, только бы не плестись. Я плел циновки в своей деревне, ныне сплетаю на пальцах смерть – много спокойствия в мантрах древних, в жизни – кровавая круговерть.
Ночь опустилась тяжелым боем, сном на ресницы легла печаль – бешенство зла пролилось запоем, утром наступит похмелье. Жаль.
Мысли дрожат меж висков, пылая, белая форма – алей огня.
Ангел мой, знаешь, я умираю.
Может, посмертно простишь меня.

@темы: dark, Муравьиные тропы

12:24 

В.

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
Смысла нет и не видно света.
На пруду замерзают листья.
И, в оковах чужого бреда,
След змеится по снегу лисий.
Полнолуния ночь все ближе...
Холодею от темной муки.
Пламя жадно закаты лижет,
Но мои не согреет руки.

30.04.15

@темы: Муравьиные тропы

10:18 

*

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
Они спят , словно стая, охотятся до утра –
На закате проснутся. Начнется моя игра.
Я для них – неудачник, «эй ты, выбирай слова!»
Двадцать девять. Рассвет. Неужели еще жива?
В их зрачках вечный голод, кодамэ внутри не спят –
Угадай, как он умер – огонь, харакири, яд?
Внешне – люди, а внутренне – Ками-сама, спаси..
Дура, сделай лицо глупее! Идет Гайдзин.
…улыбаться вчерашним друзьям – никогда не смей,
Спи с оглядкой, чтоб ничего не шепнуть во сне,
Сквозь прореху в купальнях видно едва-едва
Край Его одежд...
Двадцать восемь. Еще жива.
От холодного взгляда расколется голова.
Двадцать семь. Двадцать шесть. Двадцать пять.
Я еще жива.

@темы: Муравьиные тропы

18:29 

Акио

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
Упало слово, тишину разбив
На мелкие осколки. Как нелепо.
Смешное слово, брошенное слепо
Разбило тишину, что в сердце спит.

Смешное слово, маленький набор
Обычных букв – вонзилось остро в душу.
Кричать, чтоб криков внутренних не слушать.
Как можно – словом - выстрелить в упор?

Малютка-слово – холод под ребром.
Напомнило горячий шепот страсти,
Тепло от поцелуя на запястье,
Объятие, пропахшее костром.

Душа рыдает. Свидимся ли с ним?
Смешное слово, нет тебя короче!
…От памяти про жар январской ночи
Стал холод майских дней невыносим.

@темы: Муравьиные тропы, личные посвящения

19:04 

* * *

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
Я тебя не простила. Мне жаль, но истории право -
Обрываться без спроса, безжалостно. Горькой отравы
Не излечит ничто, кроме времени. Глупо, мой милый.
Бог учил нас прощать.
Мы простились, но мы не простили.

Я грешна и виновна. На высшем суде отвечая,
Все признаю - без ропота, честно. Рыдания чаек
Над холодной соленой волной, что твой замок омыла,
Отпоют неслучившийся миф - от любви до могилы.

Я простила бесчестие, ложь и ожоги на теле,
Я простила бы смерть - я бы даже ее захотела,
Если б вера была не бесплодной придуманной шлюхой
Для холодного сердца - и сладким обманом для духа.

Недоверие - то, что убило мечту и надежду.
Не до веры теперь, проповедники в белых одеждах.
Не доверие стало причиной падения, Боже,
Просто ты не поверил.
И я не поверила тоже.

@темы: личные посвящения, Муравьиные тропы, dark

05:31 

* * *

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
Скорпиону


в жилах холод, соленая горечь и мрак
заплетаются жалящим душу клубком -
я стоял на обрыве, сжимая в руках
мир в агонии боли.
я думал о нем.

я гордец и несу на себе божий знак -
руну перста судьбы начертал на мне рок,
я стоял на обрыве, мечтал сделать шаг
или просто хотя бы
качнуться вперед.

но в холодных руках, обнимавших меня,
было больше тепла, чем в священном огне -
я готов был отречься от веры огня,
чтобы он иногда вспоминал обо мне,

я смотрел, как он мечется в темном плену
и как рдеет лиловая роза костра,
я стоял, опьяненный желаньем шагнуть
вниз с обрыва -
но я простоял до утра.

я очнулся, шепча его имя сквозь сон,
мне сказали, что реяла смерть за стеной,
и ушла, не дождавшись. я знал, это он
в фиолетовом пламени встал предо мной

И с тех пор я поверил холодным глазам
как не верил молитвам и сутрам огня -
это он над обрывом со смертью плясал,
от венчания с ней защищая меня...

@темы: личные посвящения, Муравьиные тропы

09:10 

* * *

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
я была нежнее иных шелков,
а могу быть злей ядовитых змей:
я возьму без спроса твою любовь -
ты еще пожалеешь, мой друг, о ней.

кто сказал, что женский смирен удел,
покоряться прихотям мужичья?
я возьму их россыпью душ и тел
и никто не вякнет, что я ничья.

от костра посмертного - едкий дым,
пламя страсти сгинуло в том дыму.
ты посмел, любимый, не стать моим.
так не доставайся же никому.

@темы: Муравьиные тропы

03:25 

*

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
- Мир улыбнулся Луны оскалом,
Щерятся звери - Лиловый цвет.
Есть в этом мире поля и скалы,
Честности нет.

Пламя молитв не потушат слезы
Неба, и храмы сгорят дотла.
Есть в этом мире дожди и грозы,
Нет ни добра, ни зла.

Есть в этом мире нужда и мера
Игры престолов и белый шелк.
Я все искал свет надежды, веры.
Но не нашел.

Есть в этом мире леса и горы,
Ками и черные корабли.
Только любви нет - какое горе!
...Не завезли.

- Не зная любви - не найдешь и горя,
Горе - союзник в делах ее.
Я выйду с рассветом на берег моря,
Чтобы опять обрести свое.

Я буду идти, через горы, реки
Жаль только, к цели я не приду.
Мой путь пролегает долиной смерти,
Только своей - я не обрету.

Только своей - красотой нездешней
Смерть моя армии покорит.
Я же стою, не любим, не вечен,
Вечность пройдет - и я с ней один.


- Молчанье бывает страшнее крика,
Когда обрывается чей-то путь.
У этой победы соленый привкус
И смысла ничуть.

Иди через реки к морскому ветру,
Иди через горы к садам весны,
И помни, что казнью в часы рассвета
Окончатся сны.

Все цели закончатся в круговерти
Войны без начала и без конца:
Я знаю, что ты не попросишь смерти,
Не спрячешь лица...

Темница души пострашнее тюрем
И каждый останется в ней один.
Но знаешь, не смей ни секунды думать
Что ты победил...

*курсив (с) Марина Нотт

@темы: Муравьиные тропы

05:16 

* * *

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
в сжатых до судороги ладонях
дышат лазурные лепестки:
кто утонул в синеве бездонной,
из васильковой ушел тоски?

ты ли - на веках осевший иней,
ты - благородного сана высь.
шелк драгоценный, небесно-синий,
спрятан за взмахом твоих ресниц.

сердца напев не унять приказом,
душу не спрячет холодный слог:
если любовь не убить отказом,
непредсказуем ее итог.

кто бы посмел навсегда остаться,
кто удержал бы фарфор руки?
грею в горячих от страсти пальцах
неба озябшие лепестки.

@темы: Муравьиные тропы

00:51 

* * *

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
Мой драгоценный, зима настала, и стало холодно и темно. Луна висит ледяным опалом над крышей дома, глядит в окно. И с каждым днем все чернее тени, молчат святые у алтарей: нам не прорваться сквозь эти стены и в светлый мир не открыть дверей.
Мой драгоценный, твои молитвы дают надежду, но это ложь. Настанет время последней битвы, и даже ты, даже ты поймешь, что жизнь лишь жалкая искра света в бездонном чреве холодной тьмы, что сердца зов не найдет ответа и даже кровью позор не смыть.
Мой драгоценный, жестокий ангел из стали, ярости и огня – они тебя называют Факел, не знаю, как назовут меня, но тьма сильнее огня и стали, и ночь не кончится до утра.
Мой драгоценный, зима настала.
Мой драгоценный… сайонара.

@темы: dark, личные посвящения, Муравьиные тропы

08:20 

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
Боль? Что вы знаете о боли?
Вас не убивают раз за разом!
Судьба оками злым кошачьим глазом
Взирает на томящихся в неволе
Пропащих душ, бессмертных тел
Дурацких правил и попыток робких,
Путей кривых, нехоженных и топких...
Боль знает все. Он так хотел.
(с) Сакура

Ответ:
Что я знаю о боли? Да как и ты:
Ни семьи, ни дома, горят мосты.
В шелке траурно-белом, в чужом краю
Ночь за ночью отстаивать жизнь свою.
Что я знаю о боли - она лишь гость,
Остановится кровь и срастется кость,
Ты вернешься из боя, едва дыша:
Восстановится тело. Но не душа.
На путях этих правил пройти нельзя,
Если выбрана кем-то твоя стезя,
Если выбрана смертью вся жизнь моя,
Ты умрешь этой ночью.
А завтра - я.
(с) Эол

@темы: Муравьиные тропы

05:16 

* * *

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
Бьется пульсом вода
под блестящим запястьем душа.
Так и было всегда -
не просил, не искал, не слушал.
Кровь чужую глотал,
Ей насытиться невозможно.
Бьется в венах вода.
Nevermore оказался ложью.

Умирал и мечтал о покое?
Что ж, окаянный,
Оказалась тонка та стена
Меж мирами Ями,
Где с размаху вмурованы души
В иные стены...
Нервным пульсом из душа
Бежит кипяток по венам.
Ты забыл свои клятвы -
Судьба не забыла, видел?
Твое имя - проклятье,
А имя отца -забыто.
Остается смеяться и вспарывать душа вены,
Видя как расцветают зеленым и черным стены.

@темы: dark, Муравьиные тропы, Черное-с-золотом

04:21 

* * *

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
разделены хрустальною стеной.
трепещут молча лепестки-дельфины
изваянные из аквамарина
и дремлет вьюга в тишине ночной.

разделены - не смертью ли одной
держались узы, тоньше паутины?
потоком жизни сорвана плотина,
и вмерз в январский вечер летний зной.

разделены навеки тишиной.
так жизнь велит - трагедией традиций
закрыть вуалью лжи надежды лица
и замолчать в купели ледяной.

разделены январскою луной.
но сердце бьется, дерзко и бесстрашно,
пока ты дышишь за стеной бумажной -
разделены.
но ты еще со мной.

@темы: Муравьиные тропы

Wind's Tales

главная