• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: личные посвящения (список заголовков)
23:29 

* * *

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
В чужих мирах заблудиться ветром,
Не помня имени и родства,
Есть только слово, зимой и летом:
Ты - смех, Ты - сила, ты - бог, ты - тварь.

Осенний ливень узор рисует
На мокрых улицах сентября.
И там, где Я в этот раз пасует,
Ты побеждаешь. Так за моря
Уходит парусник белокрылый,
Уносит горе в межмирья щель.
Ему на смену приходит сила,
И бог смеется в моей душе.

Союз естественно-брачный, узы
Семьи людской - не удержат дух.
Ты - тьма, ты - нежность, ты - мать, ты - муза,
Ты мир. Об этом не стоит вслух.

Мне странно, демон. Я слышал, люди
Торгуют душами за корысть.
А я - дарю тебе. Не убудет.
В одну судьбу две души сплелись.

Мне страшно, ангел. Волшебным словом
Не обернулись мои мечты.
Ты - боль, ты - счастье, ты сна оковы,
Ты - все.
Ты - больше, чем просто ты.

20.09.11

@темы: личные посвящения, dark

01:33 

* * *

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
Милая Венди, зима подобралась близко,
Над Неверландией тучи и мокрый снег.
Там, где когда-то ребята носились с визгом,
Стонут седые деревья в холодном сне.

Милая Венди, уютного дома стены
Крепче иных бастионов - разлет не взять.
Я научился - сшиваю подошву с тенью
Каждую осень. Но тень норовит удрать.

Милая Венди, ты стала серьезной дамой,
Взрослой и скучной: стираешь, готовишь, шьешь.
Дочке пять лет. Ты всамделишной стала мамой,
Точно такой, как всамделишный серый дождь.

Милая Венди... Тебя хоронили утром,
Было светло. Тихой моросью плакал день.
Взрослость несет с собой старость и смерть, не мудрость.
Я буду вечно любить тебя.

Питер Пэн.

@темы: личные посвящения, Кантальский виноград, dark

16:00 

* * *

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
Жизнь и смерти дыхание в нотах голоса,
Если закончился вдох, то однажды будет и выдох.
Дверь закрывается, щели – не толще волоса.
Я прижимаюсь губами к замку и шепчу «Спасибо».

Где-то тринадцать лет мы с душой не находим общего.
Я в морозилке держал ее, думал, сдохнет.
После достал, чтоб проститься, почтить усопшую.
В горло вцепилась, сука. Ну, ты, отсохни!...

Голос звучит в темноте: тема пыток и наслаждения,
Он дает нам сеанс пусть паршивой, но все же связи.
Я кричу ей в закрытую дверь «Идиотка, я был бы гением!»
А она рыдает в ответ. И жива, зараза.

Этот голос сплетает нас вместе – нас, ненавидящих.
Нас, единое целое, чтоб ты… была здорова.
Он над нами, и в нас, он в форматах аудио-видео,
Он струится по венам, пульсируя током крови.

Этот голос, наверно, важней, чем любовь картонная,
Музы, нервы, стихи и души запчасти.
Я губами ловлю в исступлении гудки телефонные,
И молю – говори, говори еще, мое счастье.

@темы: dark, личные посвящения

00:19 

* * *

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
Над морем гроза и пожар в капитанской рубке,
Горят паруса и матросов тела в огне.
…Но если я вдруг позвоню и расплачусь в трубку,
Хрен знает, что он там подумает обо мне.
Я верю, что нужен – я сильный, веселый, смелый,
Хороший психолог, любовник. Да все херня,
…Но если я выйду к нему не в привычно-белом,
А в драных ошметках души – он поймет меня?
Он нежен, как мех, он чудесный, он теплый, страстный,
Он чище, чем слезы и сталь, он почти святой.
…Но я только год, как из адской клоаки грязной
Зачем-то поднялся – и как он теперь, со мной?
Над морем абзац и дрожит, рассыпаясь, суша.
Здесь шансов к спасенью, по сути, ни одного.
…Но если я вдруг позвоню и шепну «Ты нужен»,
Мне страшно, что Ад заберет у меня – его.

@темы: dark, Кантальский виноград, личные посвящения

07:02 

* * *

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
В склеп чужого сна закрываю дверь,
За июлем сразу пришел январь:
За стеной навек засыпает Зверь,
На его груди умирает Тварь.

Удержать за хвост из огня мечту
Очень страшно - вдруг это просто роль?
Предсказанья ждать приказали. Жду.
И боюсь, что завтра вернется боль.

Отпустить все цепи и шрамов сеть?
Извести ожоги любви огня?
Проржавевшая распахнется клеть,
Только вдруг за всем этим нет меня?

Пожирают душу чужие рты:
Не припомнить, кто же дышал луной,
Кто смеялся, небо любил на "ты",
Был ли этот кто-то когда-то мной?

Расцветает ночь янтарями глаз,
Дикий вой охоты сорвался вслед:
Я бегу от мира, но страха власть
Оплетает мозг двадцать с хреном лет.

Эта память - эхо чужого сна,
Лоскуты из сердца непросто сшить.
За обломки кисти держи меня,
...Я хочу хоть раз до весны дожить.

@темы: dark, личные посвящения

04:16 

* * *

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
Внезапно в ссоре сам с собой:
О чем-то сердце молча плачет.
И, не умея жить иначе,
Срываюсь в слезы, словно в бой.

Зачем-то – нежность. Или боль.
Любовь не требует поруки,
И только мысли круг за кругом
Бредут в тумане голубом.

Сегодня снова страшно жить.
Я признаю чужое право
Не пить до дна любви отраву…
Но жажду жизни. Или лжи.

Внезапно - снег и фонари.
Дрожащих рук неловкий танец.
Ну, хочешь, на колени встану?
Ты только мне не говори…

Молчи, прошу. О тишине.
Край слишком близок – дальше ясно.
Замри, мгновенье, ты прекрасно!
Не говори – молю – ты – мне…

…Довольно! В ссоре сам с собой.
Валокордином пахнут розы.
Боюсь ответов на вопросы,
Срываясь в слезы, будто в бой.

@темы: личные посвящения, dark

04:06 

* * *

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
Темнее лес, холоднее ветер,
Прозрачней воды ночной реки.
Он точит меч на осколке света,
Она сдувает цветок с руки.

В оковах снега не вянут розы,
Хрустальный саван на лепестках:
Он смотрит мрачно, почти с угрозой,
Она сжимает бутон в руках.

Смелее, путник – как лес тревожен
Меж темных сосен, кривых зеркал.
Он тянет молча клинок из ножен,
Она, смеясь, достает кинжал.

А после – жаром ночных объятий
И нежных ласк - растопили лед.
Что в прошлом – к дьяволу, безвозвратно.
Сегодня живы – так что ж, везет!

Кем были раньше – не вспомнят, знаю,
Постель и золото до утра
Над трупом делят – он, бывший Каем,
С ней, позабыв, что она сестра.

@темы: dark, личные посвящения

17:53 

* * *

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
Не клади мне на плечи Небо,
Я совсем не атлант, увы -
Заплетаются судьбы слепо,
Кто прикажет "не быть" любви?

В перекрестье прицелов тихо,
Как в могиле - и хоть ты плачь,
Только спустит курок без вскрика
И без жалости мой палач.

Разбивается боль на части.
Кто тянул меня за язык?
Надо было молчать про счастье.
Снова холодно. Я привык.

@темы: личные посвящения, dark

19:39 

* * *

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
Однажды звезда, зябко кутаясь в небо,
Увидела крысу, что корочку хлеба
Тащила в нору.
И, вспыхнув над кладбища темною нишей,
Звезда вопрошала - никто не услышал,
«Когда я умру?»

А крысы не смотрят в небесные дали
Упала еда - и тащи, коли дали,
О чем тут гадать?
И крыса тащила, упорно и гордо,
Оскалив худую голодную морду…
Так было всегда.

Но если б звезда, что сияла над мысом,
Спросила у серой кладбищенской крысы
«В чем сила любви?»
То был бы ответ - вне закона и масти,
Взаимно любить - это редкое счастье,
Успеешь - лови.

Что ж, небо - не твердь, и не нужно пророков,
Чтоб знать, что как звезды мы все одиноки
Меж темных ночей,
А твердь не эфир, и тем более ясно,
Что мы как голодные крысы опасны,
И каждый - ничей.

…Однажды глупец, мир отринувший слепо,
Спросил у холодного темного неба:
Ты любишь меня?
Но звезды не слышат ни крыс, ни влюбленных,
И небо молчало в проеме оконном
Не слыша меня.

@темы: dark, Кантальский виноград, личные посвящения

00:45 

* * *

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
Заиграться с рассудком в прятки
Проще ночью - не видно глаз.
Я гадаю любви загадки,
Чтоб спастись от ее проказ.

Холоднее, спокойней прозы
Не сыскать, чем рассудка глас.
Ревность ляжет на сердце розгой -
Ты исполнишь ее приказ?

Улыбаться сердечным стонам,
Быть разумней и веселей,
Лгать аккордом и полутоном,
Чтобы стало еще больней.

На колени швырнув гордыню,
Не допишешь последних строк.
Это право... быть нелюбимым -
Важный для гордеца урок.

@темы: личные посвящения, Кантальский виноград, dark

22:16 

* * *

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
Касаясь лезвием тонкой муки раскрытых нервов чужой души, запомни – боль не имеет звука. Запомни, мальчик, и не кричи.
Она алее, чем кровь и розы, белее снега и облаков, пронзительнее стихов и прозы, прочнее стен и иных оков, она пьянит, раскрывая сердце, звенит, как кожа под коркой льда, она страшнее любви и смерти, она – однажды и навсегда.
Она – беззвучный удар о стену, в зубах зажатый до хруста нож, она – причина порезать вены, чтоб на секунду утихла дрожь, она не знает гордыни чести, ей безразличны слова и сны, надежды, страхи и жажда мести – ей даже крики-то не нужны.
Ее уход означает милость, и перед нею не устоять,
Но прошлой ночью мне вдруг приснилось, что боль по-своему тоже я.

@темы: dark, личные посвящения

06:10 

* * *

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
В твои ладони ложусь покорно,
Как лист осенний – в излом асфальта.
Смеюсь сквозь сон, покрывая матом
Весь мир, застывший немым укором.

А ты – за ночью, сквозь дождь и холод,
Совиных перьев отпустишь ворох
В глухую полночь. Летучий порох
В камин забросишь… осенний голод

Не доберется до стен темницы.
Я огрызаюсь оскалом страсти,
Расклад мой полон червовой мастью,
Лишь нежность - инеем на ресницах.

Рассвет все ближе, часы упорно
Вращают стрелки до нашей встречи.
Скорее! Утро ли, день ли, вечер –
В твои ладони ложусь покорно.

@темы: личные посвящения, Чистая кровь, Кантальский виноград

01:09 

* * *

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
Не смотри на меня волком,
Сквозь преграды моих фобий.
Забиваем в виски скобы,
Забиваем, да что толку?

Протекут сентябрем крыши,
В мире грез холодней станет.
Ты не любишь меня, знаю.
Я тебя не... всегда, слышишь?

На запястьях пишу ноты,
К ноябрю обелив душу.
Эту осень легко слушать
В белом шепоте блокнота.

Мне ночами тепло снится,
Доводя до утра нежно.
Скоро ляжет покров снежный
На покорные ресницы.

А на солнечный причалах
Все смеялись до слез люди.
Я сказал им - будь что будет,
Только б осень не кончалась...

@темы: dark, личные посвящения

02:50 

* * *

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
Чужих кошмаров звенит тревога в беззвездном мраке ночного сада.
Дари другим в Небеса дороги, а мне… отдай мне ключи от Ада,
Где море бьется о стены башни, там, где минуты длинней, чем годы,
Где жить – противно, где верить – страшно, где жизнь дешевле глотка свободы.
Отдай ключи от границы горя, темницы страха и камер боли,
Где тихо плещет из крови море, звенят ключами проливы соли.
С востока ветер дождем повеял. Не смейся, Господи, ты же знаешь,
Что боль чужая – стократ сильнее, чем все, что было чужими снами.
Позволь мне только коснуться двери – я выбью молча косяк с порогом
И вырву горло любому зверю, что мне посмеет закрыть дорогу.
Сон постепенно сшивает веки, и не смотри на меня, не надо.
Я не хочу этой райской неги. Прошу, открой мне ворота Ада.

@темы: личные посвящения, Кантальский виноград, dark

05:53 

* * *

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
Я однажды зарвусь.
В этих играх, пленительно сладких,
Я теряю рассудок и совесть, дышу через раз.
Острие этой нежности тонко, как сфинкса загадка,
Вкус победы мощнее, чем ядерный взрыв и кураж.
Я однажды сорвусь.
Край обрыва заманчиво близок,
Он зовет и манит меня жаждой метнуться в полет.
Где-то в сердце пророс очумевший росток альтруизма
И искусан до крови от страсти безудержной рот.
Я однажды взорвусь.
Это пламя не знает пощады,
Но прошу - пощади, повелитель, ты знаешь один,
Неприступен ли рай, и каков изнутри воздух ада,
И зачем так безбожно тепло где-то слева в груди...

@темы: личные посвящения, Кантальский виноград

02:04 

* * *

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
Ветер рыдал над морем, ветер шептал беззвучно,
Гладил волны прохладу, нежил в объятьях город.
Осень настанет скоро, с моря приходят тучи,
Кончились дни услады, будет расплата горем.

Ветер ударил в спину, ветер плясал на крышах,
Бился в дверях соборов, жался к холодным стенам.
Душу в рюкзак закинув, к морю с закатом вышел,
Молча смотрел с укором, как обнимались тени.

Ветер сносил решетки, ветер молил и плакал,
Плечи сжимал упорно, рук целовал прохладу.
Я бы отбил чечетку на красно-черном флаге,
Только петля на горле - и не смотри, не надо.

Ветер застыл под утро, душу разбив к удаче:
Нес через темный город, чтоб положить в гробницу.
Верно, молчанье мудро. Нет, я совсем не плачу -
Ветер роняет капли моря в мои ресницы.

@темы: dark, личные посвящения

14:23 

* * *

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
Хочу заметить, что дело плохо:
Сентябрь подкрался, как зверь, бесшумно.
Ты мне приснилась сегодня, кроха,
Спустя два года… не слишком умно

С твоих позиций. Я знаю, знаю,
Что mea culpa и все такое,
Что все иллюзии умирают,
И писем смерти писать не стоит.

Мне страшно, кроха. Все изменилось.
Стальные стены моей темницы
Опять пропахли сухой ванилью,
И ты повадилась ночью сниться.

…На рубежи поднимался гордо,
Смеялся дерзко, не ждал пощады,
Рубил наотмашь чужие морды,
Удара в спину не ждал… а надо.

К чему я это… ты знаешь, кроха,
Меня убили в начале мая.
Кто плохо жил, тот и помер плохо.
Прости, так вышло. А я - прощаю.

@темы: dark, Марди-Гра, личные посвящения

17:16 

* * *

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
Страх, захлестнувший мне горло гитарными струнами,
Плещется где-то под кожей, холодный, колкий.
Будущее - тот же боггарт, и древними рунами
Не оживить голосов, что когда-то смолкли.

В красных шелках заблудилось чужое безумие,
Плачет и пляшет на шпильках тахикардии,
Тычется кошкой в улыбок изгибы безлунные,
Окна разбитых глаз не закрыв гардиной.

Капля за каплей - помедли, не слушайся капельниц,
Капли - в клепсидру, со звоном - постой же, время,
Капли сердечные - так продаются предатели
Каплям любви... И разбитое долга бремя

В прах, засыпающий горло до крика хрипящего,
Скрипом - шаги, не провалятся доски пола.
Я так хотел настоящее... черт, настоящего!
...только стихает вдали саксофона соло.

@темы: личные посвящения, Чистая кровь, Кантальский виноград

05:55 

* * *

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
Иногда оно бьется в груди так сильно, что, мне кажется, скоро сломает ребра,
Я держу тебя, будто на Фермопилах, сумасшедшая, подлая, будто кобра,
Ненавистная, сучка, за что ломаешь? Я же так тебе верил, а ты мне - в спину,
И с оттяжкой, по календарю до мая... Я не выдержу. Скоро сломаюсь. Двинусь.
И начнутся истерики, проза, сопли - и конечно, стихи. С остановки сердца
Хреноматерные донесутся вопли. Это ты виновата в моей, блядь, смерти.
Это ты все сломала. Ты дрянь, паршивка, я тебя ненавижу, ты слышишь, стерва?
В старых строчках "Пророка", из той подшивки, я читал, что любовь не бывает первой.
И теперь - лучше Круцио, как-то легче, чем терпеть, как ломает тараном боли
Мне грудину, как доза короткой встречи позволяет дожить до утра на воле,
Что такое свобода? Фигура речи. Для зажатых в тиски - не надежда. Вера.
Кто там где-то писал, что безумье лечит? Я забью ему в глотку всю эту ересь.
Раны сердца сшивают гордыни ниткой, может раньше глупее был... дозу, срочно.
Просто страсть вместо грез оказалась пыткой.
"я люблю тебя. sorry. я не нарочно".

@темы: Чистая кровь, Кантальский виноград, личные посвящения

00:13 

* * *

"...Мы не об убийствах молчим часами, просто в тишине хорошо вдвоём. В этом тонкостенном хрустальном храме бесконечной нежности мы умрём." (с) Тара Дьюли
На лунную волну ложиться гулкой,
Минорной нотой колдовского сна
И в лондонских полночных переулках
Вальсировать - там властвует Луна

Над ночью и сердцами безраздельно.
Так слушай ветер - сумрачный эфир
Тебе несет напевы колыбельной,
Жемчужным светом заливая мир.

В домах, где гаснут свечи полусонно,
Сплетаются в объятиях тени снов
И тихим мелодичным перезвоном
Откликнется узор моих оков,

Обвивших грудь серебряною сетью,
И сердца стук ложится в вальса ритм.
Услышишь ли напев любви и смерти,
И этой ночью - станешь ли моим?

Укрылся в темный бархат долгий вечер,
Но меж страниц вальсируют мечты
Напевами любви, желаньем встречи,
И грезами, в которых только ты.


Колыбельная для любимой

Тема: Мужчина и Женщина
Автор плэйкаста: redisca
Создан: 20 августа 2010 22:13


За плэйкаст спасибо redisca

@темы: личные посвящения, Чистая кровь, Кантальский виноград

Wind's Tales

главная